Рассказы

Тема в разделе "Бах", создана пользователем Генрих Вольфэнштейн, 17 сен 2017.

  1. Баджокко - столица федерации. До нее(федерации) была "Тройственная Конфедерация", но война оставила из трех мощных претендентов лишь одного. Герой пролога - воин, который воевал в последней войне, на стороне проигравших, а теперь он живет в нижних уровнях Города-Планеты и влачит жалкое существование.
    Сразу говорю, плазменные мечи не редкость в моей повести, ими оснащены даже простые солдаты.
    Рас кроме людей нету. Хотя на картинке есть, но на самом деле нету.
    Множество планет, есть роботы, нет Силы (в ее стандартном понимании).
    Вообщем вот пролог, он небольшой, пять минут прочтения всего занимает, жду отзывов.

    P.S. это не продолжение "Воинов Республики"

    Пролог
    Выйти ночью в темный квартал ниже двадцатого или восемнадцатого уровня города – сулило неприятности любому человеку, даже тому, кто держал на поясе два пистолета, а за спиной плазменный меч. Дождь проникал сквозь высотные здания правительственного назначения или просто «дворцы» богатых и влиятельных людей. Еще на тридцать восьмом уровне города, а это самый высший уровень, находились громадные храмы, учебные заведения умнейших из людей и тренировочные площадки сильнейших из людей.
    На уровне шестнадцать же, из одного местного кабаре, усеянного пьяными лицами, вышел молодой мужчина в потасканной одежке. Его толстый плащ был очень темным, но все еще отличался своим собственным цветом – зеленым. На груди блестела белая нашивка с разрезанным на три части треугольником «Тройственной Федерации», на смену которой пришла просто «Федерация». Ее он получил два года назад, тогда две огромные армии воевали в городе, над ним, и в его недрах. Сам же город – был почти целой планетой, потому большая часть населения даже не узнала о грандиозном сражении. Мужчина в зеленой робе был приверженцем двух федераций, что заключили союз против третьей, странно то, как стратегическая ошибка сыграла против этих двух мощнейших аппаратов, ведь обе фракции были остановлены третьей – «Верхушкой треугольника».
    Еще мужчина носил меч с выгравированной на нем надписью «№ 13059» - это был номер корабля, на котором он прошел сквозь гущу сражений, взорвал десятки вражеских кораблей и на котором потерпел крушение со всей командой. Их двигатели тогда вышли из строя благодаря противникам, которых были тучи, как и их союзников, все небо было полем боя. Они столкнулись с башней «Саламин», проломили балконы и оказались внутри ее. Без какого либо шанса восстановить управление, они прогрохотали по всем внутренним помещениям и все же остановились, но в живых остался лишь один. Тогда молодой мужчина, с белой треугольной нашивкой на груди, оставив умерших товарищей, сел в другой корабль и улетел с поля боя.
    И теперь он вновь в городе, но теперь он не воин и не пилот. Корабль, на котором он улетел с поля боя, взяли в залог «за жизнь». В нижних ярусах было принято платить разным людям, от пешек, до серьезных ребят, и мужчина исполнял этот свой… долг.
    - Моя то опять разоралась, мол, работу найди или пойди в преступники. А я как раз слышал от Уоуфала, что местным «Баджам» нужны рекруты, для особой работы. Наверное, пойду туда, работы то у нас все равно нет. – Мужчина замолчал, мимо проходил бывший солдат. Капюшон его плаща не был надет, потому можно было различить светлокожего, бородатого и длинноволосого парня. Для местного контингента он был слишком простым, слишком просто одет, слишком просто пострижен. Слишком просто выглядящий парень, здесь этого не любили. В моде сейчас было быть жесткими, одеваться в черное, и делать ужасно неприятные прически. Естественно, мода эта касалась лишь тех, кто жил ниже восемнадцатого уровня. Политики и богачи, мужчины, жили вовсе по-другому, их светлые улицы были чисты, их одежды были белыми, их лица были гладкими, их волосы были короткими.
    - Эй, опять он тут ходит, неужели Каагдар не показал ему, где его место? – Мужчина, болтающий о жене, поднял кружку над головой и запустил в молодого солдата.
    Стакан пролетел мимо, а солдат пошел дальше, в свой дом, в свою маленькую однокомнатную крепость, с ванной, кухонькой и спальней. Всюду на улице лежали животные и люди, ходили роботы, из труб выходил пар, из проводов доносились шипящие звуки, а с рекламных щитков глядели неприличные картинки и разные предложения. Кары просвистывали туда-сюда, и к этому невозможно было привыкнуть.
    - Хочешь поразвлечься? – Спросила девушка, зазывая мужчину.
    - Если только ты не предлагаешь убить пару тройку сенаторов. – Девушка отшатнулась и вновь скрылась в тени проулка.
    Того парня звали Шон, он был сиротой, не имел маломальского счета в банке и работал охранником в том самом кабаре, из которого вышел.
    Его глаза были карими, почти багрового оттенка, а черты лица были серьезными, без малейшего намека на улыбку. Он перестал улыбаться, перестал смеяться, перестал общаться и делать прочие функции обычного человека, его жизнь была лишь существованием.
    - Шон! Ты так поздно, начальство доплатит за постоянные задержки? – Спросила добродушная дочь соседа, вышедшая на площадку с заржавевшими полами и разрисованными стенами.
    - Он так сказал, но он всегда обманывает, жаль, что нельзя лишить его языка. – Шон провел по генно-замку рукой и вошел в маленькую квартиру.
    Внутри царила чистота и умиротворение. Пакет с продуктами приземлился на столик в кухоньке, а сам хозяин комнатушки пошел в ванную комнату, желая смыть с себя смачные поцелуи пьяных посетительниц и пот.
    Смыть мысли и желания он не мог, а желаний и мыслей было у него предостаточно, он хотел убивать, убивать и разрушать, но не мог. Он выключил душ.
    Когда Шон вышел из ванной, свет в комнате почему-то был выключен, а на его белом, выкатывающемся из стены, диване, сидел кто-то маленький.
    - Не включай свет, мои глаза устали от постоянного света этих неприятных светильников, вся планета усеяна ими. – Этот свет действительно раздражал, был слишком светлым, и одновременно тусклым, слишком неприятным.
    - Кто ты такой? – Перед ним определенно сидел мужчина, хоть его волосы и свисали ниже плеч и сами плечи были миниатюрными, голос был мужской.
    - Меня зовут мастер Гарийний, а моя ученица, которая стоит за твоей спиной, зовет себя Талией, хотя настоящее ее имя Ива. – Мастер Гарийний сидел на диване, скрестив ноги, в его руках блестела рукоять выключенного меча. Он был низким и худым, голос его подрагивал, а волосы были седыми, все это можно было разглядеть благодаря свету, исходящему от меча, который зажегся за спиной Шона.
    - Что ты и твоя ученица тут делаете? – Шон никогда не показывал страха, потому что его тело не знало, как это делается, даже сейчас, с плазменным фиолетовым мечом за спиной, он спокойно подошел к шкафу, достал брюки, и на глазах у незваных гостей, переоделся.
    - Право, не стоило настолько наглядно показывать свое равнодушие, мы не пришли убивать вас. – Мастер и его ученица отвернулись, пока он надевал брюки, пояс с оружием, и рубаху на свое поджарое тело.
    - Вы можете говорить. Что вам нужно? Я слушаю. – Сказал Шон, выглядывая в окно. Там стоял кар, а возле него примостился юноша в плаще. Он отвернулся от окна и поглядел на Иву. Ученица Гарийния была красивой. На лице гостьи была татуировка - желтая полоса шла от одного глаза к другому. Волосы девушки были заплетены в косички, а глаза блестели голубыми оттенками. Она, подобно своему учителю, была низкого роста.
    - Ты слышал про тройственную конфедерацию? – Спросила девушка.
    - Я воевал за две трети того, о чем ты говоришь, ближе к делу. – Меч теперь лежал и в его руке, он присел на стул у оконного выреза.
    - Значит, ты поймешь, что при тройственной конфедерации людям жилось гораздо лучше? – Спросил учитель, указывая на другой стул, который находился в кухне и, призывая тем самым ученицу сесть на него.
    - Я жил при конфедерации, у меня была семья, друзья, была родина, была цель в жизни. Теперь я имею квартиру и работу, которые одинаково ненавижу, вы продолжите задавать наводящие вопросы, или перейдете все же к сути? – Шон взглянул на дверь, в ее проеме блеснули два зеленых глаза.
    - Это помощник, нам нужно скорее уходить, потому, как ты и просил, я перейду к цели своего визита. Талия, иди и дай нам побеседовать один на один. – Старик нацепил на руки серые перчатки, посередине обоих было по синему устройству.
    - Вы из ордена… покорных, если не ошибаюсь? Зачем вам нужен я и зачем вы прибыли на Баджокко? – «Покорные», странное название, но они называли себя именно так, их орден располагался на планете Камирас, она была плодородна и красива, но принадлежала к сепаратной организации как раз самих «Покорных».
    - Мы прибыли не к тебе и не для тебя, просто ты попался в мое поле действий, ты можешь помочь мне, помочь делу восстания, которое произойдет скоро и делу установления правды. Сейчас придут люди федерации, и твой дом будет перевернут с ног на голову, в поисках меня. Я оказал тебе услугу, она выглядит немного странно, если подумать о том, что ты с этого момента будешь преследоваться, тебя будут пытаться убить, но, ты можешь пойти со мной. Мы должны передвигаться быстро, если ты хочешь жить, а объяснения, пожалуй, будут после. Одевайся и выходи, у тебя есть две минуты. – Старик вскочил со странной для него скоростью, включил меч и вышел за дверь.
    Решение не было трудным, он сразу же нацепил рубаху, а поверх нее одел, слегка потасканный, зеленый плащ. Меч теперь лежал в его руке, а два пистолета покоились на поясе.
    Вдалеке уже слышались приказы федеральных войск, он побежал в проулок и, увидев небольшой кар, тут же сел на заднее сиденье.
    - А вы не потеряли навыков солдата, правда… официально вы числитесь среди мертвецов. Ива, залезь на платформу. – Девушка забралась наверх через люк. Летящий кар нисколько не стеснял ее движения, она плотно стояла на его крыше, и держалась за вырез люка с неповторимой легкостью.
    - Зачем ей нужно было туда лезть? – Спросил Шон, застегивая ремень безопасности.
    - У нас несколько иной стиль боя, чем у простых солдат федерации. – Тут позади послышался звук погони, звук мощных двигателей разорвал воздух, федералы догоняли их, трое стояли на крыше и уже стреляли по их кару. Девушка тем временем подняла руку, одетую в перчатку, и плазменные пули, которые летели в машину, оттолкнулись от невидимого поля и полетели в разные стороны. Когда машина врага подобралась близко, девушка перепрыгнула на нее и, уклоняясь от выстрелов, перерезала воинов федерации. Когда она прорезала проход в крыше кара противника, перестало быть ясным, что происходит внутри.
    - Ваш стиль боя… похож на стиль боя спецназа федерации, но я не особо доверяю мечам. – Гарийний обернулся и показал на кабину пилота в каре противника. Там восседала Ива, она выбросила труп федерала из двери и приняла управление на себя.
    - Где ваш звездолет? – Шону не терпелось, наконец, улететь с планеты, которая забрала два долгих года его жизни.
    - Он в сто третьем секторе, тут недалеко. – Сказал юноша, обладающий зелеными глазами и такой же татуировкой, как у Ивы.
    Сто третий сектор был действительно недалеко. Секторами назывались бездны, благодаря которым можно было беспрепятственно забраться на самый высокий ярус планеты или вовсе улететь с нее.
    - Как тебя зовут? – Спросил Шон, желая знать имя этого, до странности харизматичного, юноши.
    - У меня нет имени, называй Грином. – Мальчик резко свернул, настолько резко, что Гарийний и Шон ударились о двери кара.
    - Он клон? – Спросил у Гарийния пораженный наемник.
    - Нет, просто мужчинам с Фарси не положено иметь имя, кроме как после «Великой Охоты». Мальчик не смог поохотится. На нецивилизованную планету явились войска федерации и истребили ее коренных жителей. – Шон поглядел на Грина, который выглядел серьезней даже самого Шона.
    - А на кого велась охота? – Спросил солдат.
    - Мы «охотились» на грахтов, а после они становились нашими, мы летали на них, жили на них и охотились на них. Мужчина без грахта, считался слабым и изгонялся из племени. – Шон почти пожалел мальчишку, но они уже доехали до сектора 103. Бездна была широкой и неимоверно глубокой.
    - Вон наш корабль… солдаты федерации. Грин, скажи своей сестре, что корабль придется отбивать силой. – Когда они были уже у самого корабля, Гарийний выпрыгнул из кара, и на бегу разрубил стреляющего солдата. Ива выскочила прямо из лобового стекла, пробив его своим мечом, схватка началась. Грин дрался электрическим копьем, он делал это превосходно, даже мастер Гарийний не мог сравниться с ним, хотя дрался мастер более чем хорошо.
    Шон тоже включился в бой. Солдаты отстреливали их с балок наверху, один плазменный снаряд продырявил плащ Шона, но ответный выстрел сбил горе стрелка с балки, и тот с диким воплем упал в бездну. Прыгнув за ящик, Шон избежал смерти, но, брошенная следом за притихшими выстрелами граната, чуть не выкинула его с платформы. Из ободранной ноги потекла кровь, страшная рана саднила, а на голове начали гореть волосы, но Шон вовремя потушил их.
    Гарийний прикрыл Шона ящиками, которые поднял с помощью своих чудо-перчаток.
    - Используй пистолеты, ты же солдат, я долго держать их не смогу, быстрее. – Гарийний уже отпускал парящие в воздухе ящики, а Шон, подняв с железного пола пистолет, выскочил из под его защиты. Прицелившись, он стал стрелять в правую подпорку и та, будто замедлившись, упала. Верхние балки так же упали, а вместе с ними и солдаты федерации.
    - На корабль! – Прокричал Гарийний. Грин отпустил копье, на котором висел окровавленный солдат. Ива, подрубив ноги своего противника, оставила его лежать на земле, безоружного и трясущегося.
    - Помогите! – Шон внезапно упал, его кость вылезла из раны, нога изогнулась под совсем неожиданным углом. Шок прошел и боль нахлынула.
    Грин поднял Шона на плечо. Он весил почти вдвое больше чем юноша, но, тем не менее, он легко перенес мужчину на корабль.
    - Они закроют уровни выше нас. Заряди пушки Ива. – Последующие взрывы, выстрелы и прочие звуки боя Шон не слышал, он коснулся ноги и попытался вправить кость, но лишь понял, что почти половина его ноги осталась на той самой злополучной платформе, он взревел и стал метаться на медицинских носилках, но ремни сдерживали его самого и его страх.


    Камран - воин, присягнувший ордену Дразар.
    Дразар - орден присягнувший Альянсу.
    Альянс - фракция, присягнувшая свободе.
    Часть первая
    Процессия медленно тянулась по заполненным людьми улицам города. Люди глядели с балконов домов и парящих платформ, взгляд их был грустным и отрешенным.
    Правитель Аран жил всего двадцать восемь лет, он правил справедливо и мудро. При нем системы, которые прилегали к «Альянсу», жили в мире и процветали, занимаясь торговыми делами и улучшением своих внутренних дел. Были маленькие стычки с «Федерацией» и прочими фракциями, но Альянс процветал и жил в мире.
    На парящих носилках, возле постамента с мертвым правителем, стояли два стража. Никто не плакал, но все смотрели на пролетающие мимо носилки с тоской, Аран был хорошим человеком. Позади тянулась вереница всех желающих совершить заупокойную молитву, некоторые просто стояли и ожидали, пока процессия пройдет мимо, они тоже совершат молитву, но сами, это была их обязанность, проводить ушедшего собрата.
    - Кто желает сказать пару слов о покойном? - Обратился советник Карий к группе политиков, они грустно глядели на носилки, которые уже остановились. Кладбище было за пределами огромного города, вдали были леса и горы, но это поле, широкое и большое, принадлежало мертвым.
    - Я могу. – Молодой друг Арана, воин ордена «Дразар» по имени Камран глядел на саван и, стоя перед толпой, говорил о достоинствах ушедшего на покой брата. Он говорил в микрофон, громко, с расстановкой и, со свойственным ему, красноречивым спокойствием. – Он был моим другом, моим братом, моим помощником и, зачастую, моим спасителем, потому я желаю ему рая. – Он закончил говорить и слез с постамента. По его щекам текли слезы, но он утер их и присоединился к молитве.
    ***
    - Камран, тебе бы взять ученика, что бы отвлечь свои мысли от политики, с ее назревающими проблемами. – Учитель Камрана – Фатин Роулак глядел на уставшего и истощенного ученика. Хотя сейчас Камран уже не был учеником кого либо, он был полноправным членом ордена Дразар, но все же, что бы получить больше опыта, ему следовало взять ученика.
    - Мой ученик стал бы, подобно мне, миролюбивым пацифистом по натуре. Сейчас Альянсу нужны воины, а не дипломаты, я не смогу учить, мне самому еще следует переучиваться. – Девятнадцать лет, столько было Камрану. Он выглядел как обычный юноша своего возраста, за исключением опыта, который он успел получить, и который успело получить его тело. Он весь был в шрамах, только лицо его не было покрыто ожогами от меча или выстрела. Юноша глядел вдаль своими серыми глазами, ему было о чем вспоминать, ведь он был учеником самого известного воина Альянса, а это заведомо включало охоту на злодеев, поиски похищенных людей, спасение политиков из плена и прочие очень опасные задания. Он глядел в синее небо Фанзарии и вспоминал свои бесконечные миссии сопровождения, они предполагали защиту правителя Арана, который впоследствии стал другом маленькому мальчику.
    Нередко, после тяжелых перелетов с одной части галактики в другую для решения проблем Альянса, можно было увидеть две тени, выходящие из звездолета, их тени выделялись на горизонте, маленькая, принадлежащая Камрану и большая, принадлежащая Арану. Правитель многому обучил Камрана, например спокойствию в любой ситуации. Учитель Фатин тоже учил спокойствию, но наглядно, в бою, можно было видеть, что сам он не может совладать с простым человеческим гневом, благодаря которому его прозвали «Дразарский Рык».
    - Тебе не нужно быть воином. Я знаю многих воинов, они готовы умереть в бою, не способны оценивать ситуацию и не способны решать проблемы мирно. Я сам один из таких, о чем сожалею, но переучиться мне уже не суждено, благо я удачлив. Ты же, ученик самого без башенного из воинов Альянса, научился быть таким, каким и должен быть Дразарский воин. – Учитель замолчал, кто-то шел в комнату Камрана, скорее всего это был мастер Ауранг, которому снова не терпелось нагрузить юношу работой.
    То было верно, когда Фатин вышел из комнаты юноши, туда вошел Ауранг, он нес в руках маленький носитель, непонятного предназначения, хотя учитель Камрана мог при желании догадаться, что с этим нужно делать. Но желания небыло и он не догадался, а лишь удалился, оставив бывшего ученика и мастера наедине.
    - Мир вам юноша, вы как, готовы к новому заданию? – Мастер спрашивал, но ответом ему могло служить лишь согласие.
    - Мир и вам, мастер. Навряд-ли у вас есть что-то новое для меня, но да, я готов. – Камран обернулся, одарив сутулого мастера спокойным взглядом. Камран устал, но это было его постоянное состояние, потому можно было считать, что все было обычно.
    - Это хорошо, и, пожалуй, задание действительно будет для вас чем-то новым. Я могу изложить вам его составляющие, или вы сами прочтете все вот с этого носителя, к заданию сможете приступить послезавтра, так что у вас еще есть время. – Старик показал юноше маленькую пластинку зеленого цвета.
    - Я сам ознакомлюсь, вы можете удалиться по нуждам ордена и Альянса, мир вам. – Мастер улыбнулся, он любил лаконичность Камрана, а вечное спокойствие юноши любил еще больше.
    Когда мастер удалился, Камран бросил носитель своему роботу и прилег на твердый кожаный матрац, привинченный к полу. Он уснул, лишь легонько коснувшись твердого матраца затылком. Мальчик, который зашел в его комнату для того, что бы задать вопрос, увидел лишь мерно вздымающуюся грудь воина и его спокойное бородатое лицо, на которое упал локон длинных рыжих волос.
    Во сне Камрана одолевал голод, он несся между колоннами, ища пищу и питье, но все не находил ее. Он обессилел настолько, что не смог стоять и упал на колени. Вокруг не было ни единого существа, туда-сюда начали расшатываться колонны, а он все сидел, пока перед ним, на каменной плите, не стало витиеватыми буквами вырисовываться слово. Он не мог понять его, вернее он понимал его, ведь оно было простым, его учили этому слову с детства, но почему-то оно от него ускользало. Он смотрел на четыре буквы и хмурился, поддаваясь гневу и злости. Оно будто шутило над ним, или оно просто хотело что-то донести, но так или иначе слово пропало, оставив его наедине с рушащимися колоннами и падающим потолком. Он проснулся.
    - Как спалось? – Этот робот раньше принадлежал Арану – правителю Альянса, но, не оставив после себя ни единого наследника, как, впрочем, и передаваемого наследства, Аран передал все свое имущество своему другу и извечному помощнику Камрану. Наследство состояло из потрепанного корабля, двух мечей, пистолета, робота и небольшой библиотеки, которая поместилась в архив ордена.
    - Я воздержусь от ответа. – За окном летали кары, на орбите были видны огромные точки торговых судов и военных кораблей, а тут, поближе, летали шаттлы и маленькие извозчики. Были даже люди, наверное, они любили пощекотать себе нервы, так вот, они летали на громадных животных, как с этой планеты, так и привезенных из дальних систем. Сам Камран любил летать на карах, они были безопасными, быстрыми и эффективными, хотя определенные плюсы были и у живого транспорта, но он предпочитал оставлять эти плюсы любителям острых ощущений.
    - В следующий раз выпейте трикабин, что-бы не видеть снов. Если прикажете, я принесу из медицинского отсека пару капсул, все для друзей. – В чем этой машине, у которой сердца небыло, нельзя было отказать, так это в ее сердечности. Он так-же беспокоился и об умершем Аране, но его заботы не смогли спасти того от предательства и неминуемой кончины.
    - Нет, пожалуй, я хочу видеть эти сны. Еще я хочу видеть мастера Аасима, настрой связь между мной и им. – Робот быстро выполнил приказ. Очень скоро перед Камраном в полный рост стояла голограмма высокого мужчины в Дразарской белой броне. В его руке лежал меч, а за спиной стояли двое воинов Альянса, вооруженные винтовками.
    Мастер был по совместительству и одним из генералов войск Альянса, потому даже сейчас он находился на границе. Камран лишь один раз видел как отряд «Волков» идет в бой. Это было завораживающее зрелище, мало того, что отряд был создан из ветеранов, что предзнаменовывало неотвратимые победы, так и их стиль поведения на поле боя был вовсе другим. Когда бой начинался, противник слышал вой тысяч воинов, а после на врага обрушивались «Клыки Аасима». Бесстрашие и воля к победе приносили «Волкам» победу за победой, правда, больших столкновений было мало, но все же они сражались на высоте, какие бы войска врагов им не противостояли.
    Аасим глядел на Камрана с интересом, его лысая голова блестела в свете ламп, борода была растрепанной, а сам он выглядел еще более уставшим, чем Камран, но все же он желал выслушать собрата.
    - Мир вам, мастер Аасим. – Юноша так же кивнул двум воинам, они ответили тем же.
    - Мир и тебе, Камран, зачем ты оторвал меня от моих дел? Ты все же передумал и хочешь отправиться на границу, защищать Альянс от преступников? – Однажды Аасим предлагал Камрану полететь с ним на дальние планеты, дабы учиться командовать войсками, но юноша был слишком мал и слишком боялся власти, потому отказался.
    - Нет, я хотел спросить вас относительно ваших учеников, сложно ли обучать юных Дразарийцев? – Мастер рассмеялся под спокойный взгляд юноши.
    - Ты хочешь взять ученика? Ты ведь сам едва из пеленок вылез, зачем тебе ученик? – Мастер перестал смеяться, на его лице осталась лишь улыбка, весь его вид говорил, что ему стыдно за этот неуместный смех.
    - Учитель Фатин думает, что мне следует взять ученика. Вы знаете мой потенциал, потому оцените, смогу ли я обучать и быть наставником? – Аасим потер бороду и присел, задумываясь над вопросом повзрослевшего мальчишки.
    - Ты способный член нашего ордена Камран. Знаешь, я одобряю твое желание обучать, ведь тебе есть чему научить юных собратьев.
    - Генерал Аас, мы засекли большое судно, пытается пройти незамеченным через границу, вы нужны на мостике. – Прозвучал тихий голос за спиной собеседника Камрана.
    - Мир тебе, Камран. – Генерал отключил передатчик до того как юноша пожелал ему того же.
    - Ар-пи, загрузи в мой передатчик информацию с того носителя, я просмотрю по пути в учебный отсек. – Робот помощник кинул хозяину передатчик и последовал за ним, спешно запечатав дверь.

    ***
    Все боковые коридоры этого огромного здания были освещены светом заходящего солнца, который блестел в ростовых окнах. По стенам были развешаны светлые прозрачные занавеси, они колыхались на ветру, который исходил из некоторых открытых балконов. Уже вечерело, город покрывался рекламой, в окнах больших домов включался свет, машины замедляли беспрерывное течение воздушных дорог. По всему городу слышался гул призыва на ночную молитву, он звучал долго и красиво, торжество простых слов над всем прочим.
    - Открой этот класс, я совершу молитву тут. – РП открыл запертую дверь и встал перед ней. Навряд-ли сейчас кто-либо мог войти в этот класс, все, подобно Камрану, сейчас совершали молитву, но все же, робот стоял и охранял покой своего хозяина.
    Когда юноша встал, стряхивая с себя пыль, в его руках блеснул маленький передатчик, сейчас он хотел взглянуть на то, что приготовила ему судьба. Он не надеялся на интересное задание и на высокое значение ее для Альянса. Альянс пребывал в мире со всеми фракциями, это было предметом гордости всех его граждан, но Камран знал, чего стоил этот мир. Значительные уступки, постоянные притеснения, Альянс был силен, но пацифисты, какими бы сильными они небыли, не могут показать свою мощь врагу.
    Юноша оперся о белую стену и нажал на кнопку воспроизведения, при этом закрыв уставшие глаза.
    «Мир вам, Камран Вассади. Альянс одолевает смятение, новый правитель не избран, а Федерация уже начала свои нападки, дабы развязать войну между нами и ими. Война нужна Федерации для набивки карманов, это ясно, но есть среди ее сенаторов и люди преданные идеалам демократии, которую они чтут. Мы же не хотим войны, но наши войска уже готовы как к атаке, так и к защите, мы набрали армию и готовы воевать.
    Камран, ваша задача заключается в том, что бы отправиться в качестве защитника консула на территории Федерации. Консул отправится на Баджокко, дабы попытаться вразумить их правителей, а если не получиться, то устрашить.
    Отправятся пять членов ордена, отряд «Зет», всяческая прислуга в лице роботов и советник Айла, вы, как человек не дюжего таланта, возглавите защиту консула, ваша задача состоит лишь в ее защите, потому оставьте все дела политики на нее.
    Все отряды охраны подчиняются вам и совету, который будет направлять вас и инструктировать. Мы в вас верим, с этого момента вы генерал, вы лицо Альянса и вы защитник мира. Так же вы повышаетесь в ордене Дразар до звания наставника, дабы понять всю ценность вашего задания и того уровня выполнения его, которого мы от вас ожидаем. По окончанию всех дел Альянса на Баджокко и прочих подвластных Федерации планетах, вы будете утверждены в этом звании, заметьте, без испытаний и проверок. Мир вам.»
    Камран был обеспокоен, женщина консул, которую следовало защищать. Он знал эту девушку, она была племянницей мастера Айдао, а потому в ее спокойном нраве убеждаться не приходилось.
    - Ар-пи, иди в купальный отсек и набери мне бассейн, я хочу поплавать. В учебный отсек я схожу сам. – Спокойный взгляд был устремлен вперед, ему предстояло выбрать ученика.
    ***
    Учебный отсек был на вершине башни, он делился на три огромных секции, одна была с комнатами для обучения обычным наукам, наряду с духовными знаниями. Вторая секция была отдана под ангары, тренировочные площадки и стрельбища. Третья же была ареной красноречия, тренировочной площадкой для стратегического тактического мышления, этот отсек больше всего нравился Камрану при его обучении, потому что, прилетая с заданий, он набирался от учителей Арона и Фатина. Первый учитель, негласный, давал ему уроки праведного характера и уроки покорения людских сердец. Второй учитель, за которым он был закреплен, обучал его быть командиром и воином. Лишь благодаря не одностороннему обучению характер Камрана стал таким.
    Юноша вошел на тренировочную площадку и стал наблюдать за учениками, которые сражались друг с другом палками.
    Один мальчишка дрался яростно, он победил своего соперника и повалил на землю, но по нему было видно, что он еще не почувствовал удовлетворения – этот ученик подошел бы мастеру Фатину или Айдао.
    Другой мальчик, маленький и быстрый, нашел брешь в защите своего противника и ударил прямо туда, он занес палку над хватающим воздух мальчишкой и сделал победный жест – этот мальчик подошел бы наставнику Арману.
    Вот он увидел девочку, которая сражалась с грузным мальчишкой. На голове девочки был платок, а одета она была в длинные юбки и брюки под ними. Она глядела на противника спокойно, маленькая девочка и грузный мальчик – это казалось несправедливым выбором в глазах Камрана. Несправедливым… пока он не увидел, как она повалила мальчишку на пол и, выбив палку своей маленькой ножкой, подняла руку и сделала победный жест.
    - Лия, Айдан и Табрис. Вы как всегда отличились. Прекратить бои, поприветствуйте наставника Камрана. – Девушку, которая обучала детей, звали Салия. Камран знал ее, они обучались одновременно, она была спокойной и доброй девушкой, но видя ее красоту, можно было обмануться, ее плазменный клинок мог разрубить многих опытных бойцов.
    - Мир вам ученики и мир тебе, Сэл. Ты уже слышала, что меня повысили в звании? Откуда? – Девушка смотрела, как Камран проходит по ряду учеников и будто бы оценивает взглядом всех юных членов ордена.
    - Я теперь тоже наставник, меня повысили и записали под твое управление. Жаль, что временно я не смогу преподавать ученикам, но ничего, по крайней мере, я наберусь опыта. Как ты себя ощущаешь, мне не терпится ступить на вражеские земли. – Она была наставником, и она летела с Камраном. Он погладил короткую бороду и присел на выступ, который был частью вялой имитации реального боя.
    - Я сомневаюсь, что мы готовы к этому заданию. Я не строю иллюзий относительно результатов нашей деятельности. Но я пришел сюда не для оценивания наших перспектив. Ты можешь предоставить мне учеников, которые лучше всего умеют думать головой. – Сэл, которую называли так лишь близкие, назвала подряд семь имен. Из строя вышли две девочки, и пять мальчиков.
    - Ответьте мне, что такое обучение и для чего оно нужно? – Камран сел напротив семерки и показал, что бы они сделали так же. Наставник указал мальчику с длинными волосами, что тот может ответить.
    - Мы должны уметь защищать народы, которые живут в системах Альянса. –
    - Понятно, а как думаешь ты? – Камран кивнул другому мальчику.
    - Мы обучаемся для того, что бы потом верой и правдой служить Альянсу. –
    - Понятно, ты думаешь так же? – Наставник глянул на девочку с исключительно пронзительным взглядом.
    - Да, но мы обучаемся еще и для внутреннего роста. –
    - Ммм. Вы все говорите правильно, но я нуждаюсь в более четком и кратком ответе. Ты, отвечай. – Вторая девочка, по имени Лия, поймала на себе взгляд Камрана.
    - Наше обучение способствует росту нашего опыта, а опыт нужен нам для решения вопросов в будущем и настоящем. –
    - Понятно, может кто-то ответит лучше? – Наставник оглядел группу детей, включая и тех, кто стоял позади семерки, а после кивнул. – Понятно, в ваши годы, когда наставник Фатин задал мне тот же вопрос, я ответил «Обучение – это чрезвычайно скучный процесс, который лишает нас сил и, лично меня, настроения». Я горд, что вы думаете иначе.
    - Ты подбираешь ученика? – Сэл улыбнулась, возможно, она вспомнила, как маленький бесенок с палкой в руке клялся, что никогда не будет пытать детей, вынуждая их учиться.
    - Фатин и Аасим думают, что я смогу учить. Я не знаю, кто из них станет моим учеником. Может, подскажешь? – Сэл улыбнулась и показала на Лию, девочку со спокойным взглядом, которая так мастерски повалила грузного мальчишку на спину.
    - Обычно девочек на обучение берут учителя женского пола. Ладно, ты согласна обучаться у меня? – Девочка недолго глядела в глаза рослому юноше, а после кивнула.
    - Вот и хорошо. Я иду в купальный отсек, а ты продолжай обучение. После ваших уроков зайди к наставнику Сэл… Салии, она расскажет о нашем будущем задании, ты будешь помогать мне и консулу Айле в дальнем странствии, там ты научишься многому. – Полы его плаща взметнулись, и Камран исчез в дверном проеме.
    «Ученица… я думал, что моим учеником станет кто угодно, но только не… ученица».

    Часть вторая
    Корабль, истерзанный в городском сражении и почти остановленный орбитальными стражами Баджокко, с хлопком вышел из прыжка. На его корпусе были следы от лазерных зарядов и царапины, оставленные роботами-расщепителями, которые пытались на ходу разобрать бедное судно. Сейчас небольшой корабль, движущийся лишь на две трети мощности, маневрировал между астероидами и пытался на последнем издыхании добраться до планеты Йаффа, маленькой планеты-пустыни.
    - Щиты можно выкинуть в космос, теперь нас возможно будет подбить даже из рогатки, они сломаны. – Прокричал Шон, копаясь в машинном отделении. Теперь на месте живой старой ноги у него красовался стальной протез, поставленный корабельным МР21(Эм-Ар 21 – медицинский робот).
    - Покопайся там, попытайся хотя-бы на пять процентов включить, иначе осколки могут забиться в двигатели и внутри можно будет яичницу жарить. – Лицо Ивы показалось в отверстии сверху, она пыталась восстановить полное управление кораблем, но он был слишком поврежден, ему требовался срочный ремонт.
    - Кинь мне измеритель, посмотрю, что будет с изнашиваемостью, если попытаюсь запустить. – Сверху на голову мужчины приземлился маленький прибор с красным экраном.
    Шон открыл крышку и прокрутил рычажок. Внутри отделения стали происходить ужасающие явления, во-первых все приборы жутко затарахтели, во-вторых, пространство вокруг заполнила густая черная пелена, а в третьих, сверху послышался крик Ивы. Тут было ясно и без измерителя, дело дрянь.
    - Вырубай! Управление пропало! Вырубай! Разобьемся! – Она продолжала кричать, а Шон уже возвращал щитам предыдущую мощность – ноль процентов.
    - Ладно, главное управление и обеспечение есть, может, долетим до Йаффы, а там уже починим все, в космосе лучше не рисковать. Вырубай снабжение щитов! Бесполезная трата энергии. – Солдат влез по тарахтящим приборам вверх и задвинул за собой люк.
    - А говорил, что хорошо разбираешься в технике. – Талия оттряхивалась и закрывала ОУ(отделение управления).
    - Это не техника, в таком я не разбираюсь. – Он поднял с пола черную рубаху, которую позаимствовал у Грина, Шону она была немного мала, но его собственная одежда была сожжена.
    - Когда не умеешь, любые отмазки найдешь. – Ива пошла в свою каюту, что-бы смыть всю грязь и переодеться.
    Шон же прошел на мостик, и примостился в кресле второго пилота, желая просто расслабиться, но Грин накричал и прогнал его, обвиняя в том, что он мешает ему вести корабль. В комнате медитирующего Гарийния он был принят примерно так-же, хотя мастер объяснил свою нужду в уединении спокойно.
    Собственной комнаты у Шона небыло, потому он сел в кабину стрелка и уснул там, удобно расположившись в полукруглом мягком сидении.
    ***
    - Просыпайся, стрелок. Мы долетели. Давай живее! – Кресло Шона резко крутанулось и он оказался лицом к лицу с уставшим и обозленным Грином.
    - Иду. – Сонный Шон встал с кресла и побрел к выходу.
    Корабль дымился и буквально излучал своим видом безнадежность. Возле него уже стояли двое работников порта, они были в хорошем настроении, а вот обитатели корабля были вовсе без оного, настолько сложным сейчас было их положение. Разумеется, продолжать полеты на такой груде металлолома было невозможно, и два рабочих уже думали о том, сколько денег можно нажить на беднягах.
    - Откуда летите? Почему корабль в таком состоянии? – Один из работников, держащий перед собой проводник и вводивший какие-то данные, поднял глаза и оглядел путешественников.
    - Я решил со своей семьей слетать на родину, в систему Кутас. Вот мои дети, а это зять, муж дочери. А на нас «Лакмусцы» напали, еле улетели от них, до Йаффы только и дотянули. – Мужчина с передатчиком считывал историю полетов, которую Грин до этого изменил на ложную.
    - Этот корабль не подходит для мирных полетов, вы лжете, а значит, вы что-то скрываете. – Мужчина поднял руку и тут же из дверей охраны выбежал отряд солдат одетых в броню песчаного цвета.
    - Какой корабль был, такой и взял, мой друг больно выбора не давал, какой дал, такой я и взял. Правда мне кажется, что я ему переплатил, ну и ладно. – Гарийний продолжил лгать, но выглядел он при этом спокойно.
    - Ладно. Нет опасности. Надолго ли вы сюда прибыли и есть ли у вас деньги, что бы платить за ремонт, проживание? –
    Мужчина явно ожидал, что путники имеют деньги, и не ошибся, потому как Гарийний с улыбкой кивнул ему.
    - Ладно, я позову своих роботов, что бы оттащили ваш корабль в ремонтный ангар и показали вам тут все. Только давайте мы вас зарегистрируем, называйте имена по порядку. – Сказал другой работник, проведя сканером возле их лиц.
    ***
    Спустя неделю ремонт корабля все еще продолжался, а компания все больше узнавала о здешних местах. Так, Шон узнал о том, что скоро на их станцию прибудет консул Альянса, потому власти организовали защиту порта. До этого станцию буквально отовсюду наводнили «Лакмусцы» и прочие бандитские группировки, но правительство позаботилось об их нейтрализации, по крайней мере, на некоторое время.
    Сейчас Шон стоял на балконе их номера в гостинице и приглядывался к небесам. Воздух тут был сух, но громадные воздухоочистители, примостившиеся на скалах, увлажняли его и охлаждали.
    Шон был одет в новую одежду, которую Гарийний позволил купить ему, а это был зеленый плащ с капюшоном (он висел у входа), рубаха и брюки. Шон, под порывами искусственно порожденного ветра, задумывался о сложившейся ситуации. Гарийний до сих пор не рассказал, зачем ему нужен был не молодой солдат. Грин – мальчик, который вечно молчит, у Шона было плохое предчувствие насчет него. А Ива, или как она себя любила называть - Талия, единственный человек из всей команды, с которой он мог нормально и спокойно говорить, почему-то стала его избегать.
    Его барабанных перепонок легонько коснулся звук хлопка, какой-то корабль вышел из супер скорости, большой корабль. «Прибыл консул Альянса» - подумал он.
    Солнце заходило за горизонт, хотя с его появления прошло всего пять часов, планета была карликовой, и находилась максимально близко к солнцу. Глаза ранил этот назойливый свет.
    - Шон, Гарийний хочет с тобой поговорить, он внизу, у корабля, с Грином. – Это была Ива, она уже некоторое время стояла у входа в номер, зачем-то молча наблюдая за спутником.
    - Зачем я ему нужен? – Спросил бывший солдат, подходя к двери и надевая свой новый плащ. Его лицо уже подзагорело, за эту неделю, теперь он выглядел как настоящий Йаффец, за исключением цвета глаз и волос.
    - Он не сказал, просто иди и поговори с ним. – Ива легла на диван у балкона и закрыла глаза. Она тяжело дышала, возможно, климат повлиял.
    - Зачем я ему нужен, зачем он забрал меня с той дыры? – Ответа от Гарийния он не услышит, тот зачем-то молчит, но эта девушка наверняка не будет молчать, она с самого начала относилась к нему по-доброму.
    - Он не говорил мне, я всего лишь ученица, или ты забыл? – Она закашлялась и провела платком по лицу, покрытому испариной.
    - Зачем вам обманывать меня? Неужели нельзя просто сказать мне, что такого вы можете скрывать? – Шон посмотрел на девушку, она была красной. Он подошел и положил руку на ее лоб, она горела. – У тебя температура, скорее всего реакция на климат, я могу привести робота, он вылечит.
    - Нет, спасибо, я полежу, и все пройдет, иди к Гарийнию. – Солдат убрал свою руку, послушался ее и ушел, вспоминая о своей жене, которая была одной из жертв войны, и была похожа на эту девушку.
    ***
    Ремонтный отсек был огромен, в него вмещались суда совершенно разной комплекции, от больших торговых кораблей, до, малюсеньких шаттлов.
    Тут было много разных запахов, в основном машинных, но встречались и приятные – так, например, пахла женщина, мимо которой Шон прошел, по пути к их кораблю. Еще множество людей, кто-то толст, кто-то худ, кто-то мал, а кто-то велик, кто силен, а кто слаб. Были торговцы, механики, солдаты-наемники, крупные люди, ожидавшие скорой починки своих богатых кораблей, были даже члены общеизвестных орденов.
    Гарийний стоял возле мостика и следил, как Грин и еще с десяток механиков ему в помощь трудятся, покрытые потом и грязью. Грин как всегда был везде, успевал заменять детали там-то и подкручивать винты там-то, еще не забывал шутить с механиками, на одним им, механикам, известном языке.
    - Как корабль? Скоро будет готов к отлету? – Шон поглядел на мастера, который глядел на работу Грина, при этом находясь где-то глубоко в своем сознании.
    - Корабль… ах да, корабль хорошо. Скоро сможем улететь. – Гарийний опять ушел в себя, так же попытался поступить и Шон, но мастер не позволил ему повторить за собой. – Я тут хотел у тебя спросить. Ты слышал про правителя Альянса Арана? – Гарь, как про себя называл старика Шон, поправил капюшон, который сполз на его плечи, и замолк.
    - Да, он ведь умер, верно? – Молодой мужчина, но старый солдат не понял, зачем старику нужен был ответ на этот вопрос.
    - Да, он умер, верно. Я читаю на твоем лице недоумение. Зачем я задал этот вопрос? Просто на корабле, который ты и я услыхали, находится его ученик. Очень опасный человек, не знающий гнева или ярости, но и веселью с праздностью чуждый. Он с той же планеты, что и я, но я из цивилизованной ее части, а он вышел из волчьих ям, где был рабом и дрался против всякой твари, с кем прикажут. Он перенял от своих учителей: Воина прозванного Дразарским Рыком и, уже названного мной, Арана, самые лучшие их качества, а потому сейчас перед нами стоит ужасная угроза, угроза нашему заданию. – Гарийний замолк, тяжело вдыхая загрязненный воздух, а потом достал из кармана плаща фильтр и нацепил. Некоторое время от него небыло слышно ни слова, а Шон все это время стоял и молча глядел на старика.
    - Угроза? Нашей миссии? Как я могу оценить чью то угрозу, пусть даже, как вы сказали, великого и непобедимого воина, если не знаю целей самой миссии? – Произнес солдат, отводя мастера из громадного ангара на воздух.
    - Я не сказал что он воин, во-первых. А во-вторых, я же не виноват, что ты так желал узнать эти самые цели. Когда тебе что-то нужно, ты добиваешься этого, а не спрашиваешь, а после злишься, что тебе не дали ответа, значит, так сильно хотел. – Гарийний вновь ввел Шона в ступор.
    - То есть, вы принципиально скрывали от меня наши цели, пока я настойчивость не проявлю? Я с вас поражаюсь. – Парень протер пот со лба и замедлился, старик отставал.
    - Прости мне мое стариковское предубеждение, но сейчас я все-таки расскажу. – Гарийний и Шон вышли из ангара, и присели на скамейку, их взглядам предстал красивый пейзаж, омраченный лишь приближающейся махиной – белым кораблем.
    - Ну же, рассказывайте. – Высокий и плечистый мужчина сейчас глядел на старика и слушал, что он говорит, он впервые за многие годы слышал что-то, что было отдаленно похоже на инструктаж.
    - Наше задание заключается в транспортировке этой вот колбочки. – Мастер показал маленькую круглую железку, а затем вновь убрал во внутренний карман. – В этой колбе идеальный прототип для легиона клонов, который мог бы сильно помочь в деле восстановления Конфедерации, но уже другой, более лучшей. Этот материал был выведен на Дагатисе, и украден агентом Федерации, а теперь вот лежит в моем кармане, как маленький шарик. Но, так или иначе, нам нужно доставить его обратно на Дагатис, дабы начать производство. – Шон вперил свои глаза в лицо старика. Клонирование людей было запретным, везде, где был закон. Хотя не столько это сейчас заняло его, а то, зачем его собственно взяли, ведь он обычный воин, солдат, взяли бы любого, но выбрали его. Почему?
    - А зачем вам я? Ведь на Баджокко множество воинов, наемников и прочих людей. – Он произнес это, а тем временем большой корабль Альянса приземлился на нижних платформах, где был порт.
    - Просто я почувствовал, может и не почувствовал, а увидел, что ты что то из себя представляешь. Не каждый человек может отличится чем-то подобным, ты не как те люди, с тех баров, с тех улиц. Потому я хотел спасти тебя от окончательного уничтожения, а ты был почти на грани. – Тут Гарийний замолчал. Далеко внизу, на нижних платформах космопорта, приземлился корабль.
    - Мне кажется, это последний день моей жизни, и я не хочу укрываться от этого юноши. Знаешь, ты не обязан мне ровным счетом ничего, но надеюсь, я могу попросить тебя, доставь этот маленький шарик на Дагатис. – Старик встал и расправил плечи, его кости затрещали, а после он стал выглядеть чуть моложе, чем раньше.
    - Но пока он нас не обнаружил, зачем вам идти к нему в руки? – Шон тоже встал, теперь он оперся о перила, за которыми резко обрывалась третья платформа, под которой была вторая, тоже жилая, а за ней третья – самая большая, принадлежащая порту.
    - Прости мне мое стариковское предубеждение, это просто реванш, не более. Я хочу встретиться с Камраном и поговорить, а потом мы немного, эм… сразимся, и он меня убьет. – Старик улыбнулся и погладил Шона по плечу. – Это мой последний реванш, я хочу хотя бы попытаться, ведь он слишком многое изменил и слишком кардинально изменил мою судьбу, этот маленький мальчишка из псиных ям. – Старик хмыкнул и пошел в сторону лифта, он шел к тому загадочному юноше, и Шон не мог его остановить.
    ***
    - И ты не остановил его? – Ива кричала во весь голос, а после закашлялась и замолкла на пару мгновений.
    - Нам надо сделать это, нам необходимо доставить этот шарик на Дагатис, срочно. – Она оттолкнула его, схватила меч с тумбочки и убежала куда-то, Грин побежал за ней, при этом гневно пихнув Шона в плечо.
    Шону тоже ничего не оставалось, кроме как побежать за ними, он взял пистолеты.
    На нижней площадке, в порту, ситуация уже была накалена.
    Трое дразарийцев и маленькая девочка стояли, держа мечи в руках и смотрели, как высокий юноша разговаривает со стариком, позади которого уже стояли Ива и Грин. Грин стоял с копьем, а ива уже зажгла свой меч.
    - Что происходит? – Спросил Шон у Ивы, но тут началось.
    Гарийний достал меч, за ним повторил и Камран, при этом мечей у него было два, Шон уже понял кто он таков. Позади, выбегая из корабля, выстроились пятнадцать солдат, они прицелились во всех четверых, потому надежды на победу небыло. Девочка подбежала к высокому парню и что-то спросила, но после убежала обратно.
    - Стойте, я не хочу подвергать вас опасности, это мое дело, оставайтесь позади. – Прокричал Камран, но Гарийний не сказал ничего, он надеялся на равный бой, потому Камран и разрешил ему, пусть негласно, сражаться не в одиночку.
    Бой начался быстро, Шон не заметил, как зажег свой меч и устремился на юношу, плащ остался позади, а рядом бежали Ива и Грин.
    Копье Грина полетело в противника, но тот уклонился и стал напористо атаковать мастера. Ива пыталась атаковать сзади, но дразариец резко переключился на нее. Камран держал всех на расстоянии, несмотря на то, что был окружен, и уже заведомо казалось, что он проиграл. Внезапно все спутники атаковали Камрана, в неупорядоченной схватке царил хаос, движения мечей было похоже на свет, испускаемый дискоболом. Вскоре Шон понял, что лежит на земле, как и все его спутники, кроме Гарийния. У Грина не хватало обеих рук, его меч, который он очень не любил, лежал разрубленный на железе платформы. Ива потеряла сознание, Камран не отсек ей ни рук, ни ног, он лишь оглушил ее. Сам же Шон лишился горе имплантата.
    Дразариец держал мастера за горло и смотрел в его глаза, что-то шепча, а потом, после того как старик ответил ему, он пронзил его сердце мечом. Шон готов был поспорить, что в уголках глаз этого воина были слезы, но тот их стер, а после выжившую троицу поволокли на корабль.
    Пролог.
    Уильям родился в семье путешественника, во времена, когда Молинор был королевством таверн, наемничьих отрядов, верных рыцарей, и благородных разбойников. Тогда не было ни латных доспехов, ни ружей, были лишь воины, желавшие славы и богатства.
    Отец Уильяма был набожным человеком, оттого и сын вырос, следуя правилам поведения, и обладая почти сумасшедшей любовью к чтению книг о морали и праведности. Так и рос, помогая отцу в его путешествиях и торгах. Он учился сражаться у их компаньона - наемника Лью, который обладал рыцарской честью, и отвагой. Мать Уильяма - Молли, простудилась и умерла в один из зимних дней, оттого мальчик рос с четырьмя мужчинами, и своей сестрой - Люси.
    Третьим мужчиной в их отряде был торговец Освальд, который ехал в своей повозке, вечно груженной товарами. А четвертым - Юстас, который тоже был торговцем, но продавал исключительно книги. Вечерами, сидя в повозке Освальда, Юстас переписывал наиболее популярные из трудов, его почерк был приятным, а рисунки, которыми он изукрашивал свои книжки, славились на многие графства королевства Молинор.

    Глава I. Разрушенный храм.
    Саадия славилась своими кораблями. Выход в море и нахождение так далеко от границы обещало этому городу безбедное существование, и правда, обещало, но, как часто бывает в жизни, это обещание оказалось прахом. В четвертом веке на богатый и могущественный порт напали варвары. Они плавали на ладьях и творили ужасные вещи. Когда король Александр приехал в город, и бросил вызов их вождю, то победил, сняв с себя все доспехи и оставив лишь меч. Все варвары, после их разгрома, были казнены, но Город Обезглавленных, а именно так поступили варвары - обезглавили всех жителей, было уже не вернуть.
    Сейчас Саадия выглядела как обычный город, часть построек возвели заново, а порты были починены, но все же это был не тот, большой и прекрасный город.
    - Отец, можно мне будет прогуляться по городу, я обязательно скоро вернусь, просто хочу поглядеть на море. - С улыбкой упрашивал своего отца Уильям, и уговорил.Вместе с ним побежала и его сестренка двенадцати лет, всего на год младше его самого.
    Море было красивым, оно накатывало на каменные помосты порта, и плескало в лица моряков. А вон там вон возвышается неизвестный храм. Башни храма были разрушены, а сам он стоял, правда все проходили мимо, будто бы не замечая его, но Уильям видел эту красоту.
    - Давай вон в тот храм? Ненадолго, просто посмотрим, давай. - Уильям потянул сестренку за собой, не зная, что будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.
    Двери были закрыты, и оттого пришлось пробираться через узкую щель в подвал. Пол храма был гол, и лишь впереди стоял постамент, с которого раньше, вероятно, вели проповеди. Деревянные балки наверху покрылись плесенью, а близ дальней стены, где был вход, стояли умывальни с протухшей водой.
    - Мне страшно, давай пойдем к отцу, он наверняка уже продал все, и снял комнату в таверне, пошли. Уильям! - Уильям не шел, по крайней мере он не шел с ней. Вместо того, он, тихим и торжественным шагом шел к постаменту.
    Он залез на высокую каменную платформу, лестница к которой прогнила и сломалась, а затем произнес:
    - Я, Уильям Лонгсворд, клянусь своей жизнью, что буду всегда поступать по чести, никогда не сотворю зла, и буду добрым человеком. - Зачем он поклялся? Вернее не так, перед кем он поклялся? Он не знал, просто сказал так, как сказал.
    За спиной раздался крик, а затем звук удара железки о железку. Болт задел цепочку девочки, и пронзил ее хрупкую девичью шею. Она пала тут же, а с балки наверху спрыгнул темный силуэт. Он спрыгнул с веревкой руке, и оттого не сломал свои ноги.
    - Ложись мальчишка, иначе и тебя пристрелю. - Сказал мужчина, громко и грубо.
    Мальчик побежал к своей сестре, а убийца вновь наложил болт на арбалет. Подойдя ближе, он оттолкнул мальчишку от истекающего кровью тельца маленькой девочки, и направил болт прямо в его лицо. Мальчик выставил руку, и стал глядеть на убийцу, со слезами на глазах и комком в горле.
    Болт вылетел молниеносно, он бы пробил любую кольчугу, смог бы пригвоздить дубовый щит к груди, но не смог убить мальчика. Он замер перед его рукой, а мальчик ощутил власть над ним. Вот болт повернулся вспять, и вылетел с такой же скоростью в отправителя.
    Убийца лежал на земле, задыхаясь от боли и обиды. А мальчик нес тело своей сестры через подвал, обратно, к отцу. Она умерла, а кто ее убил, а почему он ее убил, такие вопросы летали в голове мальчишки, захватывая его мысли, и вытесняя тоску.
    - Ох, что же я скажу отцу, зачем я тебя туда потащил? - Говорил он девочке, идя через улицу к таверне, где отец ожидал своих детей. Прохожие отводили взоры, видя убитую девочку и заплаканного мальчика.
    Вот стоит повозка Освальда, а на ней пергаменты и свитки Юстаса. Вот чернила, вот перо. "Мой отец не простит меня за мою глупость, а остальные будут корить меня. Я не вернусь." - Так подумал мальчик, положил тельце сестры на повозку, и написал письмо, по которому следовало, что Уильям раскаивается, просит прощения, и больше никогда не покажется на глаза своему отцу.
    Утром, пройдя через ворота, мальчик двинулся в путь.
    Путь его лежал через многие земли, и будущее его было лучше, чем прошлое. Спустя пять лет он освоил свою силу, полученную в храме, но это уже следующая глава нашей истории.


    [​IMG]
    Глава II. Молодой брат.
    Лес был позади, осталось тихонько добраться до замка Таронг. Две стрелы в спине, и почти безудержная боль, это совсем не хорошие спутники. Он сдерживал кровь, но она все равно проступала, лошадь боялась его, но все равно покорно скакала вперед.
    Через некоторое время он поднялся по горной тропе, и тихим ходом вошел в ворота замка.
    - Эй, кто таков? Стой, кому говорю! - Лошадь остановилась, а мужчина неспешно слез с нее, глядя на стражника с арбалетом.
    - Меня зовут Уильям Лонгсворд, я из присяжных воинов Господа, если выстрелите, то это будет очень плохо. - Уильям хлопнул свою лошадь по крупу и та двинулась в открытую конюшню.
    - Докажи, если это правда, то мы дадим тебе приют, в противном случае... что это? - Стражник, одетый в потрепанный плащ и короткую кольчугу, увидел его спину, и торчащие из нее стрелы, а после отпрянул.
    - Я добирался с ними от самого форта Лайонс, скоро я уже не смогу удерживать себя на ногах, и тогда умру. Пожалуйста, поверьте, я брат, и мне незачем врать. - Уильям уже почти падал, стражник кивнул.
    - Я останусь тут, а ты иди в замок, там тебе помогут. Вон туда. - Стражник кивнул еще раз, будто-бы подбадривая воина.
    Спустя десять минут он все же потерял сознание, но сделал это на столе лекаря, в теплом замке, назвав себя, попросив защиту и лечение. Он получил их. Граф Энувэй тут же послал за лекарем, и добро улыбнулся молодому брату.
    Кровать была мягкой, он лежал на правом боку и спал, при этом зарывшись в одеяла.
    "Он шел по стене замка и смотрел на башни, вздымающиеся далеко до небес. Далеко внизу пролегала река, и по обеим сторонам ее росли деревья. Он шел по холодному камню, и ощущал это, пока перед ним не выросла серая фигура. Фигура эта была полностью одета в серые балахоны, даже лицо было прикрыто серой тканью, видны были только глаза, черные и красивые.
    - Я такой же как ты, я брат. Я прибыл предупредить. Смотри на небо, потому-что с него придет беда, вернее прилетит. Я не успею помочь, так что ты должен попытаться справиться сам. Не спускай глаз с небес. Грядет дракон. А теперь просыпайся, у тебя нет времени, просыпайся! - Голос был мужской, глухой и грубый, он кричал во сне, а слышался его крик будто бы и наяву".
    В теплой спальне был разожжен камин, и в нем весело догорали еще целехонькие дрова. Вокруг были развешены гербы, на белом фоне был изображен деревянный меч. Над камином висели два черепа, один волчий, другой медвежий, а на тумбе лежали статуэтки разных людей. Все эти вещи пошли под кровать. Пока эта комната принадлежала ему, здесь не должно было быть ничего дурного, никаких предметов изображения, никаких магических оберегов и прочих глупостей. Широкоплечий и высокий молодой мужчина с длинной бородой и длинными же волосами убирал медвежий череп под кровать, когда вошла леди Тина, насколько он помнил, именно так рыцарь из Лайонса сказал.
    - Это были личные трофеи сира Мортимера, в следующий раз сначала спросите и получите отказ, прежде чем трогать чужие вещи. - Тина была красивой девушкой, она носила платье в пол, с длинными рукавами. На голове ее был обруч с тремя драгоценными камнями, а волосы были заплетены в длинную косу.
    - Это были личные трофеи сира Мортимера, пока вы не поселили меня в этой комнате. Ваш муж разрешил мне быть тут как дома, у себя дома я бы весь этот мусор сжег. - Рыцарь говорил непринужденно, надевая поверх рубахи теплый стеганный жилет. Последним на плечи лег плащ с утеплителем.
    - Мой муж может говорить разные вещи, но вы же из братьев, как вы можете вести себя так по-хамски? - Женщина явно не могла успокоится, и пришла она сюда именно потому-что знала эту лютую нелюбовь братьев, ко всяким безделушкам.
    - Я вынужден удалится, в эту сторону летит дракон, а ваш гарнизон не готов к этому. - Он вышел, так ни разу и не взглянув на девушку.
    Спустя час весь гарнизон замка был поднят и расставлен по стенам. Сны никогда не подводили его, и в этот раз он не хотел подвергнуть их правильность сомнению.
    Граф и графиня Таронг заперлись в замке с прислугой, женщинами, детьми и стариками. В то время как Уильям, давно уже привыкший к сражениям с чудищами, готовил воинов к битве.
    - Я попытаюсь отпустить его на землю, и отвлечь на главной площади замка, до этого момента вы все должны будете скрываться в башнях. Когда я собью его с небес, вы начнете обстрел, цельтесь так, что-бы не попасть в меня. Все хорошо, никто умереть не должен. Стреляйте с башен, и прячьтесь от его пламени, тогда все будет прекрасно. По местам. - Уильям спустился со стены, и встал посередине площади, она была не такой уж и большой, но вполне могла уместить дракона.
    Спустя полчаса вдалеке раздался рев. Дракон прибывал с запада, и Уильям был готов задержать его, он помолился и встал так, что-бы видеть врага.
    Дракон был черным, шкура его блестела, а глаза полумертвым светом глядели вперед. Вот он полетел над замком. Одна секунда, две, три. Уильям потянул его на себя, и дракон рухнул прямо под его ноги, пораженный этим, и испуганный. Он не мог определить врага, пока не повернул голову в сторону улыбающегося человека.
    Драконий огонь уничтожает леса и деревни, не щадя ничего живого, но тут он сплоховал, объяв пламенем самого дракона.
    - Стреляй! - Со всех башен показались лучники и арбалетчики, стрелы и болты были натянуты. Одна секунда, и дракон обмяк, нашпигованный двумя сотнями стрел за раз. Он стал рычать, но Уильям подошел, и перерезал громадине горло, пустив остатки драконьего пламени на свободу.
    Когда бой закончился, было празднество в честь победы над могучим и злым чудищем, только вот сам победитель сидел на постели, молясь и плача о том, что совершал, что потерял, что приобрел. Так кончился еще один день жизни Уильяма.
    [​IMG]

    Глава II. Бандит в пустыне.
    Мужчина в красных развевающихся одеждах шел по пустыне. Его борода весело курчавилась, да и сам он улыбался своему путешествию. Солнце пустыни нещадно выжигало слабых животных и людей, но этот мужчина был более чем силен. На руках его сидел маленький котенок, подобранный близ деревни с сладкозвучным названием Лэйла. Жители Лэйлы хорошо приняли улыбчивого мужчину, и сели в круг, что-бы слушать его рассказы и наставления, а позже послали с ним ребенка проводника, что-бы тот проводил его до последней вади1 и указал дальнейшее направление.
    - Я назову тебя Аббас, с одного древнего языка это переводится как "хмурый", уж больно ты хмур. - Котенок был почти иссохшим, когда он его подобрал, но неделя пребывания в добрых руках мужчины, и разделения еды на двоих, сделала его пухленьким малышом, с серой, в черную полосу, шерстью.
    Уильяму2 уже исполнилось двадцать два, с убийства первого дракона прошло уже довольно много времени, а драконов с тех пор он видел достаточно, пять, если быть точным. У него уже была жена - леди Гарра3 и двое детей, вернее второй ребенок лишь ожидался, но первый - Дани4, уже благополучно начал ходить. Уильяму же было обязано двинуться на юг, дабы встретится с остальными подобными ему. Пески Рамальского царства содержали в себе многие опасности, из которых были и разбойники, и змеи, и волки, и скорпионы, но, несмотря на все это ужасное население, все же были и добрые моменты в этом путешествии. Например - вечно дружелюбные деревенские жители. Каждый раз, когда Уильям проходил через какую-то деревню, он получал провизию, был накормлен и принят на ночлег в одном из домов. Он знал их язык, и знал как говорить на нем, это еще больше радовало гостеприимный народ. Они не прочь были послушать разных историй, а их дети были просто поражены его голубоглазости.
    - Сейчас надо держать путь вон до тех разрушенных колонн, а потом мы с тобой вдоволь напьемся воды, мой хмурый лев. - Уильям оперся о шест и побрел по барханам в сторону вздымающейся колоннады.
    Спустя недолгое время он выпустил котенка на каменную платформу, положенную на сам песок, и поддерживаемую им. Он тихонько пошел по горячему камню в сторону разрушенных колонн и примостился близ старого колодца, внизу плескалась вода, и внизу же плавал черпак.
    - Если бы этой силы у меня не было, пришлось бы туда прыгать. Представляешь как это высоко? Эти руины называются Йакуфу аля Арамаль, то есть, стоящий на песке. Как эти руины еще не засыпало, убей не пойму, ну да ладно, ты хочешь пить, и я тебя понимаю. - Уильям наполнил свой бурдюк, а после напоил из черпака котенка, тот благодарно заурчал и лег на живот мужчины. Вместе они уснули, один урча, другой посапывая.
    Место это было показано ему во сне, и он явился сюда, так как видел и прочих людей среди здешних колонн и колодцев. Он подумал, что те люди были его братьями, и потому уснул, будучи спокойным за свое имущество и за свою жизнь.
    Когда он проснулся, то его у его горла было острие клинка. Чье-то грубое лицо выражало всю злость от того, то Уильям ничего не понимает.
    - Кто вы? - Спросил он, и улыбнулся грубому мужчине.
    - Что ты тут зубоскалишь? Забрел на землю моего правителя, спит на гробнице моих богов, и зубоскалить думает. Сейчас с тебя шкуру спущу, и песчаным волкам отдам. Вставай! Глупое создание. - Он кричал на саввайском, и звучал его крик более чем внушительно.
    - Какие боги? Вы что, руинам поклоняетесь? - Уильям давно не видел язычником, но, наверное, перед ним стоял как раз один из них.
    - Ты еще и шутить вздумал, Духар, дай мне путы, я свяжу этого человека, и продам в рабство по приезду в Кайхор, что-бы шутил меньше и зубоскалил. - Меч оказался в руке Уильяма, а меч язычника улетел в колодец. Котенок резво прыгал и бегал возле двух сражающихся мужчин, все же Уильям предпочитал не использовать свои силы на людях, но тут пришлось.
    - Я не шучу, а теперь сдавайся, иначе я свяжу тебя твоими же одеждами, и ты будешь одним из осмеянных. Сдавайся и подчинись. - Глаза Уильяма стали еще светлее, они стали светится ярко-бирюзовым светом, и разбойник закричал о том, что сдается. - Так то лучше...- Сзади донесся звук вылетающего из трубки дротика, и тут же в плече Уильяма появилась синяя, массивно смазанная ядом, игла.

    ***
    - Начальная цена - пять десятков золотых, только подумайте, колдун, боец, да еще и стражник, если обучить. Его отдам вместе с котенком и всеми его вещами. - С него сняли все вещи, и выкрасили в красные линии, в знак того, что товар обладает ценностью, и носит магический характер.
    - А в постели он как? Много ли женщин у него было? Не страдает ли он болезнями? - Девушка в прозрачных одеждах сидела на носилках, и игралась с тигренком. Уильям отвел свои глаза от нее, и стал просить прощения, моля о том, что бы его его избавили от этого позора. Странно, но сейчас сил у него не было. Он пытался освободится от пут, задушить работорговца и взять плащи или покрывала, дабы прикрыть свои запретные места, но силы не было. По его щекам потекли слезы, а брови изогнулись в печали.
    - Он сильный, и в постели, если, опять же, обучить, будет приносить немыслимые удовольствия, только поглядите на его руки, на ноги, а торс? Он ведь великан! Покупайте, я бы не упустил этого шанса, да только я работорговец, что мне рабы. - Работорговец носил длинные усы, вздымающиеся кончиками вверх, а глаза его, алчные и бездушные, глядели на толпу таких же людей.
    - Да проклянет вас Господь, и уничтожит ваши дома, и оголит ваших детей, подобно тому, как вы оголили чужих детей, и сделает вас рабами, подобно тому, как вы делали рабами. - Уильям кричал на саввайском, при этом пытался встать, опрокинув на землю своего пленителя.
    - Приструните этого колдуна, он оскорбляет нас! Отрубите ему голову! - Кричали покупатели. Женщина кивнула торговцу, и тот кивнул в ответ, а после Уильяма увели в какое-то здание, где сильно избили, и заковали в цепи. Близ него положили его вещи, а котенок лежал на них, высовываясь из сумы. Уильям улыбнулся ему, скривив разбитые губы. Котенок тихонько выполз из своего кармашка, и натянул на бедра хозяина красные плащи.
    - Молодец Аббас, мой хмурый лев. А теперь беги, иначе тебя убьют. - Он нагнулся и поцеловал пыльного котенка в теплый лоб.
    - Я не такая жестокая, что-бы убивать котят, хотя твоя речь на рынке пробудила во мне некие мстительные чувства, но я желаю воплотить их в более лучшей форме. - Женщина с рынка была одета в новые одежды, на сей раз они не покрывали лишь правую часть ее груди, остальное - тело и волосы, были покрыты. Близ нее шли двое стражников. Они освободили пленника, и дали ему тунику, при этом забрав котенка и всю одежду.
    - Куда вы денете мои вещи и мое животное? - Спросил он, глядя под свои ноги.
    - В твою клетку, ты ведь мой гладиатор, я тебя купила. А пока, ты побудешь со мной. - Женщина провела рукой по его торсу, а он отпрянул от нее.
    - Ваши глаза и руки приведут вас к плохому исходу, лучше не трогайте меня. - Уильям направил руку в сторону двух стражников, да, сила вновь вернулась, а то было лишь испытанием. Оба стражника оторвались от земли, и стали задыхаться.
    - Освободи меня, я сделаю тебя своей второй женой, и тогда ты сможешь быть со мной. - Уильям отпустил всех прибывших на колени, не дав им и слова вымолвить, и только женщине дал право ответить.
    - Ты смелый, но здесь, в Кайхоре, тысячи воинов, которые могут убить тебя, протруби я в горн со своей башни, ты не сможешь бежать. - Девушка осела на землю, всюду царило молчание, пока Уильям одевался и пил из своего бурдюка.
    - Мне поможет мой Господь, так что ты ничего мне не сделаешь. - Он вышел из здания, и оказался на третьем ярусе пирамиды, почти в центре города. По ярусам пирамиды были рассажены сады и росли пальмы, а вдалеке виднелись те самые развалины. Котенок так-же выпил из бурдюка, а после они с хозяином пошли вниз, потом меж домов, а после и вовсе вышли из города, лишь тогда ими был услышен звук рога. Их преследователи начали охоту.



    • 1)Вади - высохшее русло реки, периодично (именно так) наполняющееся после дождей.
    • 2)нем. Wilhelm, норв. Wilhjalmr со значением wil — воля, судьба и helm — шлем, защита
    • 3)с араб. яз. "Превосходная", "прекрасная", "славная", "благородная"
    • 4)с араб. яз. "Близкий"
    Вот, написал первую часть, а все остальные по приколу написал.
    Куча ошибок, неинтересный сюжет, все это вы найдете здесь, а я спать.

    Поляна, усеянная маками, блестела, в свете восходящего солнца, а по маленькой тропинке брели двое братьев: лев по имени Тигрр и мальчик по имени Дик. Мальчик был одет в потрепанные вещи, которые к тому же еще и дымились, а на его поясе висел меч, он барахтался по земле, не покрытый ножнами, но мальчик этого не замечал. Лев же нес лишь рюкзак, а на поясе его была набедренная повязка.
    - Зачем ты поцеловал огненную осьминожку? Ведь ты знал что у нее есть муж. - Это своим хриплым голосом произнес Тигрр, играя обгоревшими бровями и глядясь в зеркало.
    - С Бобром поспорил. - Мальчик улыбался и, кажется, был доволен собой, хотя и у него недоставало бровей, а все лицо было в ожогах, губы и вовсе покраснели.
    - Бобер... кто такой? Я его знаю? - Лев достал из рюкзака на спине воду и присел, поливая свои обожженные части тела живительной влагой. - Ну вот, хвост обгорел, Дик, я все понимаю, но сейчас ты вообще загнул.
    - Да, ты его знаешь, он из Лесной Глуши, там в баре постоянно ошивается. Мы ему еще седло продали, проклятое. Но он то парень в поряде, понял шутку, хоть конь у него и стал того, ну, ты понял. - Дик подмигнул своему льву и взял воду, по его лицу было понятно, что он счастлив. - Он мне такой "Че слабо?", а я такой: "Да фигня", а он такой "Ну давай", а я такой "Да пожалуйста". Вообщем надо отнести ему эту непонятную черную жижу, он мне даст своего пегаса погонять.
    - Уху! У нас будет пегас! Давай слетаем в мое королевство муравьев... не смотри на меня так, да, у всех есть королевство муравьев, но у меня то особенное! Ладно, тогда просто полетаем в Теневом Краю, чур я первый! - Дик поднял большой палец вверх и засопел, Тигрр повторил его жест и тоже уснул, свернувшись калачиком вокруг мальчишки.
    ***
    Бар в Лесной Глуши был обычным местом, ведьма за стойкой, крылатые жукмэны у дверей и огромная куча посетителей. Тут были и оборотни (их компания была самой веселой), и големы, и животные, и крутые огненные парни и за одним столом даже сидел розовый парень из народа цветов.
    Бобер отыскался среди компании зверей, там сидела лисья пара, веселый Еж и тихий Обезьян в плаще.
    - Эй, Бобер, пора возвращать должок! Вот твоя жижа! - Мальчишка с размаху ударил задубевшим бурдюком по столу.
    - О! Крошка Дик. Присаживайся, тут на всех места хватит. Конечно же я верну тебе долг, спасибо за жижу, никто другой не брался, а у меня сильная форма аллергии на огонь. - Бобер отсел и освободил два места на скамейке, но Дик не сел.
    - Я в детстве переболел, понимаю братишка. - Сказал Лис и погрустнел.
    - Должок впережок... как-то неудачно с рифмой, но ты понял, давай ключи от своего пегаса и бай бай, меня в Теневом Краю ждут. - Дик протянул руку, но ключи не появились в ней.
    - Да ты просто не понял, на зверином языке "пегас" означает "благодарность". - На висках мальчишки вздулись вены, а залеченные краденой магией губы искривились.
    Все происходило быстро, вот Бобер кивает Обезьяну и тот начинает жадно пить из бурдюка с черной жижей, вот Дик достает свой меч, вот какой-то Голем упал со стула, пораженный шуткой Оборотня, вот Обезьян превращается в огромного монстра и начинается месиво.
    ***
    Когда бой закончился и мутировавшего Обезьяна, с отрубленными черными руками и ногами, был выволочен на улицу. Дик все же получил своего пегаса, и еще две конфетки, за моральный ущерб.
    Полет над землями Ростбифа был долгим. Они пролетели через Теневой Край, Королевство Гоблинов и Город Богачей, прежде чем наконец спустились, сквозь буран, на одну из башен замка "Скорбь".
    - Давай в следующий раз не будем спорить с троллем, кто сильнее... на мое ухо. Придется опять искать магию, что бы вылечить его, ну ты вообще не красавчик. - Раньше Тигрр мог играться в игры Дика в любую минуту, но сейчас он был уже взрослее, потому постепенно терял весь кураж от приключений.
    - Да ладно тебе, возьми мое. Оп оп оп, что это у меня в кармане? Да, это зелье! - Дик передал склянку льву и тот тут-же полил из нее свое ухо, оно тотчас же зажило.
    - Откуда? Тролля обокрал? - Сказал Тигрр.
    - Нет, он оказался классным парнем, пару проклятых колец подогнал и вот зелье, сказал, что ему стыдно. - Мальчишка напялил капюшон, который прикупил по дороге и побрел по мосту, в ожидании встречи с королевой Грусняшкой.
    - Ты думаешь она тебя на задание позвала? Или просто у кого-то симпотяшные штанишки? - Лев подмигнул Дику, а тот в ответ поиграл бровями.
    - В прошлый раз на ее селение под Садами Безысходности напал грустный полуорк берсеркер, так мне его даже бить не нужно было, он повесился... до сих пор в кошмарах снится.
    - Бывает в жизни шоколад, ну да и ладно, зато тогда мы накопили на сумасшедший дом, вот классно то было, первое жилище! - Парочка прошла мимо стражи и вошла в зал.
    Зал был полон красивых светильников, а по обеим сторонам его, вдоль стен, тянулись камины. Ковер покрывал дорожку к престолу, а на самом троне восседала девушка. Девушка эта была красивой, но грустной, потому и у двух друзей пропало настроение.
    - Королева, ты звала меня? - Дик достал жука, тот светился, а это значило, что королевству нужна была помощь.
    - Да, я узнала, что некая обезьяна-мутант атаковала нашу деревню, она вызывает на бой тебя. Наша грустная стража не смогла остановить ее, а ты сможешь, я в тебя верю. - Грустняшка на одну секунду улыбнулась, а после вновь погрустнела.
    - Да, раз плюнуть. Как дела у тебя? Я слышал принц гоблинов приезжал, жениться? Ты только скажи, я ему таких бубликов понапеку, зубы сломает. - Королева улыбнулась, но промолчала, сейчас наступил момент ее скорби, потому Дику и Тигрру стоило удалится.
    - Пока Грустняшка - Прокричал лев и прошептал одними губами "На связи".
    ***
    Деревня была недалеко, потому Дик и Тигрр добрались скоро. Всюду были разрушенные дома, перевернутые телеги с слезливой капустой и безнадежным овсом, а из центра к ним бежали люди, все грустные.
    - Как Обезьян? Он хорош? - Спрашивал Дик у беглецов, но они не отвечали и просто бежали.
    - Вон беглянку заприметил, после боя я узнаю ее номер и позвоню, красотка - Сказал Лев и достал из рюкзака два своих коротких меча.
    На центральной площади бушевал ураган. Обезьян громил магазины и толпами съедал людей.
    - Эй! Парень, не надо так, они же грусняшки. - Монстр забыл про жертвы и повернулся к Дику.
    - Ты унизил меня! А я унижу тебя! - И тут, по законам жанра и бою бы начаться, да только внезапно мальчик понял, что бить это чудище бесполезно, оно все равно регенерирует.
    - Эй, львище, он регенерирует, достань зелье того полуорка висельника, погляжу как Обезьяну оно понравится.
    Ну а теперь действительно начался бой.
    В конце концов монстр взорвался и перестал существовать, а Дик собрал с него весь лут.
    - У тебя глаза почернели, походу зря ты тот тухлый хотдог съел, даже обезьян его не ел... Дик, эй Дик! - Но мальчик уже потерял сознание, он растворился внутри себя.
    ***
    В его сознании царил кавардак, всюду разбросанные вещи, монстры, герои, обычные люди, но тем не менее он более или менее понимал взаимосвязь всего этого.
    - Привет, Дик, как дела? - Прошипела Змея за спиной.
    - От души, сама как? Дети выросли небось? Я Чарли видел, он до сих пор за Курочкой бегает, любит мол. - Мальчик присел на скамейку, но она превратилась в огромный ствол дерева.
    - Я твое сознание, я итак это знаю. Сейчас тебе будет больно, но ты терпи, еще захочется жрать людей, рвать напополам пегасов и отбирать леденцы у детей, но ты держись, а то будет фигово, давай, начинается. -
    Дик даже не понял, что это было, но он внезапно ощутил дикий прилив сил, мощь растеклась по всему сознанию. Как и говорила змея, он ощутил эти самые, ужасные, чувства. Это испытание длилось целую вечность, пока он не проснулся на кровати в замке Скорбь.
    Вокруг были добрые лица друзей, от королевы Грусняшки, до Бобра. Дик улыбнулся им и сказал:
    - Я вас сожру. -
    Слово Ветру

    [​IMG]
    Пролог.
    Рандольф был отъявленным бандитом, и на путях Закатного леса его знал каждый человек, от захудалых трактирщиков, что прозябали в бедности, до постовых, что прятали лица при виде своры Рандольфа. Деревеньки принимали его с добротой и изрядной долей страха, а лагеря лесных жителей сворачивались и уходили вглубь леса, дабы спрятаться.
    Так и продолжалось, долго ли коротко, но молодой Рандольф уже повзрослел, став взрослым мужчиной, и свора его верных разбойников выросла. Он носил титул лорда, который сам присвоил себе, и забирал любые трофеи из общей кучи. Кто-бы спросил, чем обычный мужчина, весьма посредственно владеющий мечом, устрашил целый лес? Тому бы ответили, волшебством.
    Радольф был слабым мужчиной, жадным до денег и власти, но сила у него была. Он мог опалить пламенем, или заставить повиноваться ему, мог убить без единого удара, а мог заморозить. Он поднимал воду в воздух, и она становилась паром, который душил людей. Рэндольф был плохим человеком, но магия его была сильна.
    Как-то, в особенно непогожий день, когда семья головорезов и верная свора Рандольфа обосновалась в лесной деревушке под названием Эндмэйдж, на главную дорогу деревни вышел человек.
    Дождь бил по его щекам, мочил седые длинные волосы и бороду, которая отросла до груди. Нос его, немного кривой, был сломан. Он был стар, но все еще выглядел сильным. В невольный трепет повергал он жителей, что уставились на него сквозь щели закрытых ставен. Он шел звучно, сильно ударяя подошвами сапогов о землю. Одежда на нем была простая, а вот панцирь крепкий, украшенный тысячью царапин, и придававший старику вид настоящего воина. Так-же он нес щит и меч.
    В доме разбойников все притихло. Жуткие звуки гулянья и пьянки прекратились, словно бы все в раз умерли, или уснули. Свет во всех домах погас.
    - Рандольф, сын Койвена! - Закричал старик, его голос был похож на звук тысячи барабанов, и одновременно он напоминал лай пса, такой твердый, такой громоподобный. - Выходи из своего убежища, грабитель и убийца! Сразись со мной! - Старик остановился и вынул меч, послышался звон падающих на железо капель дождя.
    Краткий свист тетивы, и стрела пролетела в дюйме от уха старика. Следующую с гулким стуком встретил щит мужчины.
    - Выходи и сразись, поганый червяк, что-бы я видел твое искалеченное мертвое тело! Выйди и умри, как достойный воин! - Старик увидел на крыше дома, слева от себя, второго лучника, тот уже выстрелил, но и эта стрела попала в крепкий дубовый щит.
    - Кто ты такой, старик? Зачем я тебе нужен? - Крик из соседнего дома был тих, но понятен слуху.
    - Мое имя Йоханн, а ты убийца, каждому убийце положено однажды расплатится! - Старик уже шел к тому дому, откуда доносился крик Рандольфа, но на полушаге он остановился.
    Сзади бежали два разбойника, одетые в кольчуги и вооруженные хорошими клинками, они кричали и громко топотали, как два барана. Старик вступил в короткий и жестокий бой, два разбойника повалились на землю замертво, а старик лишь вытер кровь с лица и защитился от очередной атаки лучника.
    - Я дам тебе золото, вступай в мой вольный отряд! Давай же, старик, Братство Закатного Леса лучший отряд здесь! - Рандольф кричал из деревянного дома, из окна которого постоянно выглядывал и выстреливал первый лучник.
    - Сегодня ты вступишь в братство тех разбойников, которых я убил! - Реакция на эти слова была моментальной. Из-за домов показались десятки лиц, воины в кожаных и кольчужных доспехах, вооруженные мечами и копьями. Каждый шел в сторону Йоханна.
    Старик лишь усмехнулся, а после, метнувшись вперед, убил разбойника с копьем. Остальные подошли ближе, еще одна стрела попала в щит мечника, а копье, взятое у убитого, полетело в обратную сторону и вышибло стрелка с крыши как набитую соломой куклу.
    Вот старик и оказался окружен, мужчины и женщины, которые окружили его, были довольно неприятной наружности. Потрепанные и злобные, они вызывали еще большую улыбку старика.
    - У тебя последний шанс, старик! Сложи меч, иначе умрешь! - Рандольф кричал где-то впереди, из-за спин своих воинов, но сам не показывался.
    - У тебя его вовсе нет, сложи не сложи, все равно голову твою паршивую снесу. - Уже тише, зная, что его слышат, произнес старик.
    - Убейте его! - Отдал приказ Рандольф.
    Десятки людей, будто устрашающий железно-кожаный цветок, попадали на землю вокруг Йоханна. Он разил и отбивал, нажимая на тех, кто численно превосходил его, будто и не было никакого превосходства.
    В конце короткой стычки разбойники разбежались, а стрела, пропевшая близ правого стариковского плеча, получила свой ответ - Йоханн подошел к окну и вытащил стрелка за шкирку. Стрелок был молод и неказист, он старался вытащить трясущимися руками кинжал из-за сапога, но мечник убил его раньше, оставив на покрытой лужами земле кровавый след.
    - Я победил твою свору, выходи, разбойник! - Разнеслось по деревне. Йоханн двинулся дальше по улице, в ту сторону, где звучал голос мага в последний раз.
    Что-то с силой навалилось на воина, белая вспышка, он стал задыхаться, а после вокруг запылал огонь, которому не вредили ни дождь, что так усердно поливал деревушку, ни отсутствие дров.
    Старик пал на колени, выронив меч и щит. Чья-то рука опустилась на его левое плечо, и ключица загорела неистовой болью, боль эта пронзала до сердца. Кровь полилась изо рта и носа, окрасив седую бороду в темно-красный цвет.
    - За моей жизнью пришел, одуревший старик. Тебе ли тягаться с магом моей мощи, моего могущества? Я убил Торхата Закатного, и Ландора Конника. Старый болван. Я могу убить тебя одним взмахом руки, я ведь маг. - Дальнейшие слова Рандольфа не имели никакого значения, они лишь источали гордость и самолюбие, а Йоханн тем временем был не настроен слушать долгие речи, он умирал. - Скажи последнее слово, прежде чем я остановлю твое сердце. - Боль отпустила Йоханна, кровь перестала.
    Рандольф ходил в языках пламени, которое наколдовал, и улыбался старому воину. Грязный и окровавленный, Йоханн искривил кровавые губы, нащупывая свой меч.
    - Я передаю слово ветру. - Произнес он, и прыгнул в пламя, желая достать мага.
    Два человека повалились в грязь, огонь погас. Воин держал руки Рандольфа, что-бы тот не смог его заколдовать, и в то же время тянулся ногой к мечу, который выпал из ослабевшей левой руки во время прыжка.
    - Я тебя убью! - Кричал, строя гримасы, маг. Лица его менялись, руки то воспламенялись, то покрывались льдом, но кожаным перчаткам Йоханна было хоть бы хны.
    Вот меч оказался в правой руке, и тут же, резким ударом, он пригвоздил мага к земле, пронзив кольчугу, кожаную защиту и плоть насквозь. Рука Рандольфа, взметнувшаяся было вверх, ослабла и упала в лужу.
    Дождь бил по мертвецам и по живому старику. Люди стали потихоньку выходить из своих домов, благодаря Йоханна и предлагая ему всякие дары, а он лишь улыбался. Его клинок под названием "Ветер" сказал свое слово, весомое и неопровержимое.
    Пора было возвращаться назад, месяц, который ему отвел лорд Фанрад, истек. Охоту можно было считать завершенной. Попросив у крестьян лишь повозку, он запряг своего белого скакуна, и, сложив хорошие трофеи, поскакал в другой край. Край озер и рек, край лесов, что выше башен, край скал и гор, в замок Хайтхоуп, где его ждали ученики.

    Краткая ознакомительная информация.


    [​IMG]
    Краткая история Хайтхоупа
    Замок этот был построен давным давно, людьми ныне забытыми и безымянными. Они построили замок на славу, и поселились там, укрывшись от магических войн на юге. Еще два поколения не магов, так искусно построивших замок, жили здесь и благоденствовали. Они наслаждались миром, который был в этом чудном северном краю, но наслаждались не долго.
    Колдуны с Золотой Реки напали на замок ночью, сгустив темноту и наслав страх на жителей Хайтхоупа. Смерть пришла к не магам быстро, каждый речной маг был обучен на славу, и злобен, каков только может быть злобен человек.
    Долгое время, отметившееся для этого края рабством и постоянными унижениями, злые маги правили в горной долине, преображая все на свой лад. Они отравили леса скверной, а реки и озера населили страшными существами. Замок так же преобразился. Многие ходы, подземелья и пыточные появились в нем. Ныне в нем были заколдованные комнаты и предметы, что помогали магам жить в своей злобной самодостаточности еще долгое время, пока не пришел герой по имени Таллан, он был из рода тех, кого предали смерти, и пришел отомстить за свой род.
    Вместе с Талланом пришло войско, большое и сильное, насчитывало оно свыше десяти тысяч солдат, а магов тем временем было лишь три сотни. Таллан отвоевал свой замок, прозвав его Хайтхоупом (Так его называют поныне), и сел на кресло лорда.
    С тех пор прошли века, род Таллана породнился со многими другими, и успел обзавестись даже единственным магом в роду, звали его в честь дальнего деда, Талланом IV, и был он магом одаренным. После смерти своего отца, матери, сумасшествия брата и побега сестренки, он стал заниматься делами замка и всех земель в округе. Люди благодарили его и всячески хвалили, они молились за него, потому-что он стал по-настоящему отличным лордом, защитником Хайтхоупских земель.
    За двенадцать лет до своей смерти, он организовал в замке школу, которая называлась так же как и замок, и стал обучать в ней детей со всей округи. По началу у него учились простые дети крестьян, он учил их письму и истории, учил пользоваться оружием, заботится и приручать существ, он учил тех, кто обладал магическими способностями, магии, и многие люди стали защитниками Хайтхоупских земель с тех пор.
    Так и поныне школа эта существует, наследники Таллана IV были гораздо слабее его в стремлениях, но ученики, которых он обучил, продолжили его дело.

    Уроки: (некоторые):
    1) Волшебство (с 1-5 годы).
    2) Перемещение (телепортации, полеты и пр.) (с 1-5 годы)
    3) Знания о существах. (с 1-4 годы)
    4) Владение простым оружием. (с 1-5 годы)
    5) Письмо. (с 1-2 годы)
    6) История. (с 1-2 годы)

    Клубы:
    1) Клуб полетов.
    2) Клуб дуэльный.
    3) Клуб мечников.
    4) Клуб дрессировщиков.

    Дома (иначе, факультеты):
    1) Ревенджер. Герб: красный лев на черном поле. Девиз: Умному каждый путь краток. Основатель: лорд Таллон IV Ревенджер.
    2) Варсонг. Герб: черный дракон на зеленом поле. Девиз: Пламя груди, найди, победи. Основатель: сир Артур Варсонг.
    3) Риверкинг. Герб: белая сова на ветви, синее поле. Девиз: Едины - друг другом хранимы. Основательница: леди Элинор Риверкинг.
    4) Вульфсдор. Герб: черный волк на коричневом поле. Девиз: Цель оправдывает все. Основатель: лорд Джон Вульфсдор.